Легкий крейсер "Эмден"

Как известно "рейдерами" называют корабли, которые в интересах своей страны занимаются подрывом торговых коммуникаций противника. Идея рейдерства имеет прямую связь с пиратством. Во времена, когда пиратов было много, а моря бороздили деревянные парусники, у этой идеи практически не было слабых сторон. Очень медленная скорость передачи информации позволяла пирату обитать в открытом море как приведению. Сам океан представлял собой лучшее укрытие от погони - нет ничего проще, чем затеряться в его просторах, была бы скорость да попутный ветер. Умный капитан мог долгие годы оставаться неуловимым для врага, впрочем, даже среди тех, кто действовал по каперской лицензии, практически не было вышедших "на пенсию".

Что уж говорить о веке индустриальной революции и телеграфа? Чем ближе мы подходим к современности, тем сложнее представляется и пиратство. На каком-то этапе огромный океан перестал быть лучшим укрытием. Воды перестали быть безлюдными, а информация, доставленная с помощью радио почти мгновенно, быстро поможет преследователям обнаружить ваш след. Да и вечно прятаться в море уже не так просто - корабли требуют не только запасов для экипажа и боеприпасы, но и много топлива. И кара за пиратство - это лишь вопрос времени. Недолгого времени.


ЧЕЛОВЕК И ПАРОХОД
Легкий крейсер "Эмден" (Emden) стал последним крупным военным кораблем в истории немецкого флота построенным на паровой машине (примечательно, что два других крейсера того же типа были построены на турбинах). Вообще, рождение этого корабля не было простым. В процессе постройки возникли финансовые сложности, которые были исправлены только благодаря пожертвованиям от имени жителей города Эмден, откуда крейсер и взял свое имя. Да, он был несколько старомоден. Однако по критериям Первой мировой он все еще был конкурентоспособен в своем классе. Развивая очень неплохую скорость (24 узла), он как нельзя лучше подходил на ту роль, которую ему предстояло сыграть в будущем спектакле мирового конфликта.

(«Эмден», 1910 год)

Тому способствовал и его элегантный образ - ну просто прирожденная попзвезда! Легенда рассказывает, что люди прозвали корабль "Лебедь востока". Хотя, вполне возможно, прозвище ему придумала немецкая пресса, как только крейсер дал ей повод оказаться предметом обсуждения. 
А случилось это еще до начала Первой мировой. "Эмден" был зачислен в состав флота в 1909 году и назначен в Китайскую (Восточно-Азиатскую) эскадру. И за четыре года он успел побывать в переделках, а именно: подавлял восстание на живописнейших островах Микронезии (1910), пережил аварию-столкновение с транспортом (1911, куда без этого), пострелял по Нанкину из устья реки Янцзы (1913). Но все это были лишь небольшие эпизоды службы, по сравнению с тем, что его ждало в будущем. Жаль только, что вернуться в Германию ему было не суждено.

Тем не менее, очень важно понимать, что попасть на страницы истории "Эмден" смог не благодаря каким-то уникальным качествам (которых, в общем-то, не было) или красоте внешнего вида - все это были лишь приятные детали. Ведь, в целом, это был обычный легкий вспомогательный крейсер. Судьба "Эмдена" связана с именем героя-авантюриста, носителя традиций немецкого военного рыцарства, как будто сошедшего со страниц средневековых романов – его капитана, Карла фон Мюллера, назначенного на "Эмден" в 1913 году. 

(Карл фон Мюллер)

Это был очень харизматичный человек. Его карьера складывалась, как это и должно быть в таких историях, только благодаря собственному упорству и выучке. Попав на флот еще в 1891 он целенаправленно шел к своей звезде. Медленно продвигаясь по служебной лестнице, пройдя от связиста до артиллерийского офицера, испытав лишения (во время службы он заболел малярией), и реализовав свой шанс отличиться перед начальством, он, в конечном счете, получил в свое распоряжение собственный корабль. Фон Мюллер явно мечтал о славе, что проявлялось в его большой инициативности. Именно его авантюризм лежит в основе этой истории. Важно и то, что фон Мюллер представлял собой особую породу военных, воспитанных на старых традициях рыцарства и благородства, в чем мы скоро убедимся сами.


НАЧАЛО
Летом 1914 года неизбежность войны стала очевидной и германское адмиралтейство распорядилось о перебазировании Китайской эскадры под командованием графа фон Шпее из Циндао в Самоа. "Эмден" остался в порту в качестве единственного представителя немецкого флота. За день до войны, после тревожного сообщения от адмиралтейства, фон Мюллер вывел крейсер в море, чтобы не встретить войну в ловушке, в которую мог легко превратиться портовый причал. Известие о начале войны застало "Эмден" в районе Цусимского пролива. Звездный час фон Мюллера пробил.

"Эмден" начал активные действия на следующее же утро. Первый попавшийся немцам корабль, которым оказался русский вспомогательный пароход "Рязань", стал первым призом фон Мюллера. Корабль был захвачен и отведен в китайский порт. Случай с "Рязанью" был очень важным для фон Мюллера, сразу же заявившего о себе как о предприимчивом капитане. Таким образом, зарекомендовав себя перед адмиралом, фон Мюллер спокойно отправился на соединение с остальным флотом. (Правильное решение, если учесть, что в Китае он мог стать легкой добычей для японцев, которые выступили на стороне Антанты буквально в ту же неделю.)

(Вспомогательный крейсер «Корморан», ранее — бывший российский пароход «Рязань», захваченный "Эмденом")

Середина августа является поворотной точкой в истории "Эмдена". На совещании офицеров эскадры, остановившейся на Марианских островах, граф фон Шпее решил покинуть театр Индийского и Тихого океанов: повсюду были враги и он хотел увести эскадру в Южную Атлантику. Это была защитная тактика, которая, впрочем, не подходила для фон Мюллера. Понимая открывающиеся возможности, фон Мюллер предложил оставить легким крейсерам возможность активных действий в Индийском океане. Понимая способности капитана, доказанные на примере "Рязани", фон Шпее согласился - в конце концов, подобный ход несколько скрашивал фактическое отступление его эскадры.

(Карта действий "Эмдена" в сентябре-ноябре 1914 г)

Так фон Мюллер получил карт-бланш и вспомогательный корабль, загруженный углем. "Эмден" отделился от эскадры и отправился по собственному маршруту в середине августа 1914 года. 


ПОСЛЕДНИЕ РЫЦАРИ
Фактически фон Мюллер решил стать пиратом. Перспектива плавания в одиночку во враждебных водах не страшила его: "Эмден" был быстрым крейсером и имел шансы уйти от случайной погони, а одиночество было ему даже на руку – фон Мюллер знал, что для врагов он будет иголкой в стоге сена.

Фон Мюллера привлекали торговые маршруты англичан – ценные карты с их указанием были его главным оружием. Перед началом активных действий "Эмден" должен был зайти на острова Палау. Там он случайно встретился с датским военным кораблем. Датчане сохраняли нейтралитет, но датский капитан явно симпатизировал немцам. После встречи и обмена любезностями датский капитан, в качестве личной инициативы, решил не раскрывать фон Мюллера и передал в эфир радиограмму о том, что встретившийся ему корабль был английским. Это навело фон Мюллера на мысль о возможности использования похожего обмана в дальнейшем.

Индийский океан де факто полностью контролировался Англией как свой собственный, за что его даже называли "английским озером". Вероятными противниками "Эмдена" были прежде всего английские корабли, а они, как правило, имели четное количество труб. И фон Мюллер соорудил для "Эмдена" фальшивую трубу из дерева и парусины.

(Эвакуация пленных с «Эмдена»)

9 сентября фон Мюллер встретил свою первую жертву - греческий транспорт с грузом английского угля. Это была большая удача – "Эмдену" требовалось как можно больше топлива, и корабль был включен в сопровождение. Но свой торжественный выход на сцену "Эмден" сделал 10 сентября у Цейлона, потопив первый английский транспорт. В последующее несколько дней счет дошел до 5 кораблей! "Эмден" топил по одному кораблю, в среднем, каждые два дня. В результате, к середине сентября все коммуникации на цейлонском участке были парализованы.

Здесь надо сразу же сделать ремарку об особом "почерке" фон Мюллера. Несмотря на дерзость своих действий, и планов, фон Мюллер руководствовался собственным кодексом чести - он не собирался топить беззащитные корабли, не обеспечив безопасность их командам. Согласно своей схеме, он сначала останавливал жертву, стараясь стрелять лишь предупредительными выстрелами, затем он просил экипаж оставить судно, и либо пересаживал его на шлюпки, либо переводил на "Эмден" или вспомогательные корабли.

Только убедившись, что остановленное судно пусто, он пускал его на дно. Средства были очень простыми – как правило, простейшее затопление открытием кингстонов, иногда – заложенной в трюме взрывчаткой. Канониры стреляли в покинутые корабли для тренировки. Щепетильность и аккуратность фон Мюлера можно также объяснить стремлением не создавать прецедентов для раздувания еще большего международного конфликта. Поэтому "Эмден" отпускал жертву в случае, если, например, на английском транспорте находился груз нейтральной страны.

Конечно же, такое поведение быстро снискало фон Мюллеру популярность и прозвище "пирата-джентльмена". В родной Германии узнали об "Эмдене" через самих же англичан. "Восточный лебедь" не был забыт! Сверив информацию, немцы заговорили о Мюллере как он национальном герое, а его благородный стиль называли образчиком немецкого воспитания и характера. Сам кайзер ставил "Эмден" в пример всему остальному флоту.

(Рисунок: "Эмден" топит очередной транспорт)

За первый месяц начала войны на дно было отправлено 11 транспортов общим водоизмещением 50 000 тон. А денежный ущерб был просто колоссальный. Часть груза "Эмден" также брал на борт, прежде всего - содержимое сейфов торговых судов. Учитывая особенности индийских торговых путей (одних из самых богатых в мире) добыча была баснословной. Но лично для фон Мюллера самой большой удачей было найти лишний корабль с грузом угля в сопровождение.


ЛЕГЕНДА
Как рассказывают книжки между рейдами команда жила в роскоши. Цитата из Ховард Д. "Дредноуты": "как из рога изобилия сыпались на моряков кофе, сигары и сигареты, перекочевавшие на борт корабля из трюмов потопленных судов" <…> Временами мне казалось, что я попал на огромную ярмарку, - вспоминал один офицер. - Копченые окорока свисали с верхних переборок машинного отделения, повсюду горы шоколада, ящики коньяка с тремя звездами..."
Но грабежами кораблей "Эмден" не ограничился. Первое береговое "шоу" от "Эмдена" состоялось 22 сентября в Мадрасе. Тихо, под покровом ночи, фон Мюллер приблизился к порту на наглую дистанцию в 3 км и, включив прожекторы, начал обстрел береговых построек и крупных кораблей. Еще со времен Нанкина фон Мюллер славился отличными навыками стрельбы по берегу. 
Случайно или нет, но немцам удалось попасть в самое яблочко - английское нефтехранилище. Фон Мюллер также пострелял и по кораблям в порту, своей задачей он видел нанесение максимума повреждений. Атака продолжалась всего полчаса, пока береговые батареи, наконец-то, не начали ответную пристрелку. Фон Мюллер не собирался оставаться дольше и быстро потерялся в открытом море.

(Горящее нефтехранилище в Мадрасе)

Атака "Эмдена" произвела фурор. Такая наглость просто не знала границ в глазах англичан. После этой выходки они спешно организовали ночное освещение всех крупных портов. Население было жутко напугано. Известно, что начиная с Мадраса в тамильском диалекте появилось слово "emdena" популярное до сих пор в качестве обозначения хитрого и особенно коварного человека, изначально же новое слово использовали в качестве детской страшилки.

Следующим пунктом назначения "Эмдена" стал Цейлон. Однако поняв, что англичане ждут нападения, фон Мюллер не стал рисковать. Он решил последовать к Лаккадивским островам и острову Миникой, где проходил важный участок торговых путей. Здесь ему снова удалось потопить еще 4 судна. Однако два корабля сопровождения были потеряны после обнаружения английским крейсером. В этот момент в охоту за "Эмденом" уже было направлено более десятка военных кораблей союзников – англичане, французы, русские и даже японцы.

Опасаясь, что такое развитие событий может привести к печальным последствиям, капитан "Эмдена" отправился в новую точку - на архипелаг Чагос. Место было выбрано с учетом устаревших карт, и фон Мюллер с досадой обнаружил, что прежние торговые маршруты оказались пустыми. Однако были и свои плюсы – жители маленькой французской колонии до сих пор не слышали о начале войны. Фон Мюллер решил затаиться и сделать небольшой перерыв в этом забытом богом французском порту.

Немцев приняли с большим радушием. Немцы тоже показали себя максимально дружелюбно. В частности, починили колонистам сломанный ботик. Директор французской фабрики по производству кокосового масла пригласил офицеров к себе отобедать. Стоянка позволила фон Мюллеру провести профилактические работы на корабле и даже немного подкрасить ржавчину.

(Десант с "Эмдена" дожидается на берегу своего крейсера, который вышел в море навстречу австралийскому
крейсеру "Сидней". На заднем плане стоит шхуна "Айеша", в дальнейшем захваченная немцами.)

10 октября, предварительно узнав по радио, что в районе Лаккадивских островов судоходство восстановлено в прежнем объеме, фон Мюллер решил вернуться. Несмотря на присутствие в районе нескольких серьезных боевых кораблей, "Эмден" снова устроил успешную диверсию, потопив 3 и захватив еще одно судно с углем. Только после этого, справедливо решив, что с данным участком океана дальше шутить не получится, фон Мюллер отправился на противоположную сторону Бенгальского залива, мимо Никобарских островов к Малайскому полуострову. Здесь он совершил свое самое успешное нападение. Заканчивался второй месяц рейдерства "Эмдена" в Индийском океане.


РУССКИЙ ЖЕМЧУГ
Это нападение впоследствии войдет во все военно-морские учебники. 28 октября, ранним утром "Эмден", предварительно установив фальшивую трубу, и, согласно одной из версий, под чужим флагом (не ясно, английским или русским) вплотную подошел к гавани английского порта Пенанг. Как и месяц назад в Мадрасе, его снова никто не ждал. В этот момент в порту находились русский крейсер "Жемчуг", ветеран Цусимской битвы, и несколько французских эсминцев.

"Жемчуг" был уже староват в сравнении с "Эмденом", но его нельзя было назвать безобидным. Его скорость была лишь слегка ниже, а его главный калибр был даже опаснее немецкого (8 орудий 120 мм). Окажись эти два корабля в честной дуэли и исход мог бы быть другим. Впрочем, русский флот много раз в этот период доказывал низкий уровень боевой готовности.

Согласно одной из версии, остановившись в 800 метрах от гавани, фон Мюллер не стал обманывать врага далее и поднял немецкий флаг. Так или иначе, с немецким или другим флагом, "Эмден" не дал зрителям понять, что происходит. Последовательно одна за другой в "Жемчуг" были отправлены две торпеды, которые естественно оказались для него смертельны.

Этот трагический эпизод в истории нашего флота широко известен. В частности, подчеркивается тот факт, что капитан "Жемчуга" в этот момент находился не на корабле, а где-то в порту. Впрочем, сомнительно, что в этой ситуации даже в полном боевой готовности "Жемчуг" смог бы избежать гибели. Главное, что погубило наш крейсер – это пристань, невозможность уйти от торпед. У русских артиллеристов даже не было времени пристреляться по "Эмдену", учитывая время суток и тот факт, что сам "Жемчуг" стоял как неподвижная мишень. Так что, несколько выстрелов, которые русский крейсер все же успел сделать по "Эмдену", делают большой плюс нашим морякам.

Сам фон Мюллер боялся только одного – что выход из гавани может перекрыть вражеский военный корабль. Заметив позади какой-то силует (как оказалось, то было лишь мирное судно - катер местного губернатора), он поспешил выйти из боя, так и не успев пострелять в неподвижных французов. Уже уходя от Пенанга, "Эмден" напоследок попытался арестовать другой подходящий к порту транспорт. Но планы фон Мюллера окончательно расстроил появившийся на горизонте французский эсминец "Мушкет", спешно возвращавшийся в порт.

Что касается французов, они так же были в полной растерянности. Команда "Мушкета" просто не опознала "Эмден" как врага. Эсминец отправился следом за "Эмденом" не атакуя, так как французы приняли его за английский крейсер, который преследует невидимого в темноте немецкого рейдера. Поняв это, фон Мюллер развернул крейсер и открыл по эсминцу ураганный огонь.
Опомнившись, французы успели выпустить лишь одну торпеду, но промахнулись, после чего несколько точных попаданий "Эмдена" вызвали взрыв на эсминце и отправили его на дно. При этом фон Мюллер, как всегда, поступил в свойственном ему духе, подобрав на борт всех выживших членов экипажа эсминца. Более того, повстречав через день английский транспорт "Ньюбурн" фон Мюллер не стал топить его, но передал французских раненых с просьбой поскорее позаботится об их здоровье.


ФИНАЛ
После атаки на Пенанг только в непосредственной погоне за "Эмденом" собралось большое количество неприятных соперников. Среди них были два японских крейсера, два русских, четыре английских и один австралийский. Если же посчитать все суда, так или иначе задействованные в активном поиске, то их количество дойдет до 60! Особо ценные торговые и транспортные корабли англичане теперь просто боялись отправлять без прикрытия.

Фон Мюллер отлично понимал, что нужно поскорее выйти из района активного поиска. Он направил "Эмден" вдоль Суматры и у Явы повернул к Кокосовым островам. Его маршрут, таким образом, замыкался примерно в том же районе, откуда он начал свой поход двумя месяцами ранее. Но фон Мюллер оставался верен себе, и, конечно же, не планировал, что его следующая акция будет последней.

(Точно такими же орудиями был вооружен "Эмден")

Он не собирался останавливаться. Просто для него было очевидно, что продолжать в том же духе на участке, где его искал, скорее всего, уже весь английский флот, было совершенно невозможно. Согласно имеющейся у нас информации, фон Мюллер планировал, что его следующим пунктом должен стать Персидский залив.

Если же попытаться трезво оценить деятельность "Эмдена" до этого момента, становится очевидно, что и стремление англичан уничтожить его любыми средствами уже в этот момент было столь велико, что они, наверное, согласились бы идти за "Эмденом" вплоть до немецких берегов. Грубо говоря, уже в этот момент шансы "Эмдена" на выживание были во много раз ниже шансов быть найденным и уничтоженным. Но такова природа авантюриста - фон Мюллер верил в свою счастливую звезду больше, чем в логику.

На Кокосовых островах фон Мюллера интересовала английская радиостанция дальнего действия. Уничтожив этот пункт связи, фон Мюллер лишал англичан возможности быстрой передачи информации на весь Индийский океан. Это снова нарушило бы работу торговых маршрутов и одновременно дало бы "Эмдену" возможность в условиях информационного дефицита проще сменить район активных действий.

И именно здесь случилась та самая роковая ошибка в лучших традициях криминально-детективного жанра: фон Мюллера подвели его собственное благородство и случайное пренебрежение маскировкой. 9 ноября "Эмден" подошел к пункту назначения. Но, как всегда в духе фон Мюллера, чтобы избежать ненужных жертв среди гражданских, он решил не открывать огонь с корабля, а отправил на станцию вооруженный десант в составе 50 человек.

Не понятно, что случилось с фальшивой трубой, которую немцы научились так ловко использовать, но к станции "Эмден" подошел только с тремя трубами. Именно это дало англичанам возможность передать информацию о приближении подозрительного военного судна еще до высадки десанта.

Ну, а после высадки им тем более все стало абсолютно ясно. Впрочем, и англичане, и немцы вели себя максимально вежливо. Клерки спокойно покинули здание станции. Немцы извинились. Кроме того, полностью согласились с просьбой не ронять сломанную радиовышку на теннисный корт.

(Австралийский крейсер «Сидней»)

Тем временем, на полученное сообщение, уже шел на всех порах не уступающий "Эмдену" в скорости австралийский крейсер "Синдей". Более того, это был корабль во всем превосходящий "Эмден" и прежде всего - в артиллерии (8 орудий 150 мм). Кстати говоря, по своим характеристикам "Сидней" был ближе к "Жемчугу". "Сидней" появился на дистанции выстрела уже через три часа после сигнала, в этот момент "Эмден" все еще ждал свою десантную команду.

Капитан "Эмдена" не мог просто уйти и бросить 50 человек на острове, впрочем, он и не смог бы это сделать, поскольку "Сидней" был намного мощнее и быстрее его на несколько узлов. Единственным шансом "Эмдена" были торпеды, которые, впрочем, были и у его противника.

"Эмден" открыл огонь первым. Отлично подготовленные немецкие артиллеристы почти сразу повредили дальномер "Сиднея" и устроили пожар на его палубе. Но пушки "Эмдена" не могли нанести более серьезный урон противнику и уступали в дальности стрельбы, в то время как даже расстроенная стрельба "Сиднея" была очень болезненной. Пристрелявшись же через полчаса, "Сидней" начал просто расстреливать "Эмден". Фон Мюллер решил во что бы то ни стало выйти на сближение с "Синдеем" для торпедной атаки. Но капитан "Сиднея" понял это и, используя преимущество в скорости, сохранял дистанцию, выгодную и для своей артиллерии. Сначала ее огнем на немецком крейсере снесло одну из труб, затем надстройки, грот мачта, наконец, были выведены из строя почти все орудия. После 30 минут обстрела еще недавно такой красивый корабль представлял собой груду еле плывущего, дымящего искореженного металла.


О ГЕРОИЗМЕ
Несмотря на то, что всего за два месяца своего отважного рейдерства "Эмден" причинил англичанам огромный вред, его капитана и команду невозможно упрекнуть в отсутствии морали. В российской истории часто приводят известный пример исключительного героизма наших моряков - подвиг "Варяга". Кульминацией в этой истории, как известно, является расстрел крейсера кораблями противника в очевидно неравной схватке. Существуют версии, согласно которым, как мы знаем, экипаж крейсера "Варяг" мог бы избежать известных жертв. Но разве желание сохранить свою честь, пока есть возможность драться, не заслуживает особой оценки? Разве настоящий, верный своему долгу солдат решит в такой ситуации поступить иначе?

Уже через пятнадцать минут прицельной стрельбы "Сиднея" было понятно, что шансов у немцев практически нет. Но не только один фон Мюллер - вся команда "Эмдена" хотела драться до последнего, пока есть хоть какие-то шансы. Целый час "Эмден" представлял собой мишень для артиллеристов "Сиднея", но упорно пытался сократить с ним дистанцию. К этому моменту "Эмден" также потерял много людей - треть команды погибла, треть была ранена, надстройка была разрушена, стрельбу продолжала только одна пушка, корабль потерял мощность и скорость.

(Гибель "Эмдена")

Точку в этой драме поставили несколько попаданий ниже ватерлинии. Когда торпедные отсеки затопило, у "Эмдена" просто не осталось средств к сопротивлению. Это был конец. Впрочем, теперь, даже выиграв бой, "Эмден" с полученными повреждениями не смог бы продолжить свою миссию, даже добраться до ближайшего дружественного порта. Вот тогда фон Мюллер направил обреченный "Эмден" к берегу и посадил крейсер на мель. Бой был фактически закончен.

Поняв плачевность положения немцев "Сидней" прекратил стрельбу и на время переключился на преследование корабля поддержки, сопровождавшего "Эмден". Вернувшись через четыре часа, капитан "Сиднея" обнаружил, что на изувеченном "Эмдене" по-прежнему развивается боевое знамя. Но немцы уже не могли продолжать бой. Подозревая какую-то хитрость, Сидней снова открыл огонь, но на этот раз не получил ответного сопротивления. Наконец, видимо поняв, в чем дело, на "Эмдене" был спущен боевой и поднят белый флаг. Остатки команды, включая капитана фон Мюллера, были взяты в плен.

(Вид на искалеченный "Эмден")

СУДЬБА ЭКИПАЖА: КАПИТАН И ЕГО КОМАНДА
Сначала нужно рассказать как сложилась судьба немецкого десанта. Наблюдая гибель своего корабля, офицеры решили не сдаваться врагу. Они дождались вечера, реквизировали в гавани старую трехмачтовую парусную шхуну, и под покровом темноты вышли в море. В течение восьми месяцев они добирались к своим. Дойдя до Аравии, они бросили корабль и уже по суше, кое-как, в июне 1915 года прибыли в союзный Константинополь, где отрапортовали о возвращении немецкому командованию.

(Два матроса выносят обломок кормы "Эмдена" с названием корабля.)

Пленные матросы "Эмдена" были доставлены на Мальту, а фон Мюллера отправили в Англию, откуда он попытался бежать. После этой попытки побега его здоровье резко ухудшилось, и случился рецидив малярии. Опасаясь за его жизнь, англичане переправили фон Мюллера в Нидерланды, где он и встретил окончание войны.
Вернувшись домой, в 1919 году он вышел в отставку по состоянию здоровья, но прожил еще четыре года. В эти годы он оставался весьма популярным человеком, но отказывался вспоминать о своих подвигах на публике. Точную историю крейсера "Эмден" рассказал его первый помощник и командир спасшегося десантного отряда капитан-лейтенант Мюкке. Однажды фон Мюллер так объяснил свою скромность: "Меня не покидает чувство, что в те дни я делал деньги на крови своих товарищей".

Он умер от болезни в марте 1923 года. Именем фон Мюллера были названы корабль и улица в Ганновере.

Корабельное имя "Эмден" впоследствии также использовалось немецкими ВМФ.

Общий тоннаж побед легкого вспомогательного крейсера "Эмден" за два месяца его рейдерского похода составил около 80 000 тон.

Легкие крейсера

По Версальскому мирному договору побежденная Германия получила право иметь в составе действующих сил шесть легких крейсеров. Первым немецким военным кораблем среднего водоизмещения, построенным после заключения мира, стал легкий крейсер “Эмден”, сошедший на воду в 1925 году. Это был заурядный корабль, мало чем отличавшийся от легких крейсеров типа “Эмден-lI”, строившихся в конце первой мировой войны: примерно такие же водоизмещение, мощность, скорость и вооружение при несколько лучшей броневой защите.

В дальнейшем этот корабль использовался для подготовки офицерских кадров: с 1926 года до начала войны он совершил девять заграничных учебных плаваний. В то время как немецкая военщина готовила кадры для будущего флота, заправилы германской промышленности в обход требований стран-победительниц тайно готовились к открытой гонке вооружений. “Первый заказ на пушки, выполненный фирмой “Рейнметалл” после 1918 года, — хвастал в 1943 году один из ее руководителей, — был предназначен для крейсеров “Кёнигсберг”, “Карлсруэ”, “Кёльн”, “Лейпциг” и “Нюрнберг”. Мы выполнили этот заказ, к полному удовлетворению немецкого военного флота, и в то же время проложили путь в деле строительства в Германии трехорудийных башен”.

И действительно первые в истории германского флота трехорудийные башни появились именно на трех однотипных крейсерах — “Карлсруэ”, “Кёнигсберг” и “Кёльн”, спущенных на воду в 1927-1928 годах. На них же опробовалась еще одна новинка — дизели для экономического хода.

Два таких двигателя мощностью по 900 л.с. были установлены в общем помещении позади машинных отделений, и каждый из них через зубчатую передачу и гидравлическую муфту можно было подключать к валу турбины.

Тогда считали, что, идя только на дизелях, крейсер приобретет большую дальность плавания. На практике же при этом все равно приходилось нередко держать в готовности и турбины. Когда же корабль шел на турбинах, крейсерские дизели оказывались лишним балластом. Кроме того, слишком узкий и лёгкий корпус сделал корабли маломореходными, что сделало невозможным эффективное применение крейсеров в северных морях.

Однако, мечтая о грядущих крейсерских операциях на дальних океанских коммуникациях, немецкие адмиралы настаивали на дальнейшем совершенствовании комбинированной силовой установки, и через два года на воду сошел новый легкий крейсер “Лейпциг”, у которого паровые турбины и дизель сочетались более гармонично за счет трехвапьной установки. Два внешних винта приводились в действие турбинами мощностью по 33 тыс. л. с. каждая, а средний винт — четырьмя двухтактными дизелями суммарной мощностью 12400 л. с. Впрочем, обводы корпуса не изменились и мореходность «Лейпцига» оказалась не лучше чем у предшественников.

По остальным показателям “Лейпциг” почти не отличался от своих предшественников: при водоизмещении 6980 т он нес такое же вооружение и броневую защиту, но имел большую дальность плавания — 5700 миль вместо 5200.

Затем в постройке легких крейсеров в Германии произошел пятилетний перерыв. А уже в декабре 1934 года стало известно, что немцы спустили на воду новый крейсер — “Нюрнберг”. К моменту ввода этого корабля в строй никаких данных по нему опубликовано не было, и лишь позднее выяснилось: “Нюрнберг” — увеличенная модификация “Лейпцига” с более совершенной зенитной артиллерией.

Из легких крейсеров, как мы знаем, первыми нашли свою погибель в Норвежской операции “Кёнигсберг” и “Карлсруэ”. Но первыми получили боевые повреждения во второй мировой войне не они, а крейсер “Лейпциг”: в декабре 1939 года, прикрывая эсминцы, ставившие мины у восточных берегов Англии, он был поражен торпедой английской подводной лодки “Салмон” и после .долгого ремонта отправлен на Балтику. Здесь он присоединился к трем другим легким крейсерам — “Нюрнбергу”, “Эмдену” и “Кёльну”, переведенным в Балтийское море поспе минных постановок в Северном море и участия в Норвежской операции.

В октябре 1944 года на Балтике “Принц Ойген” в густом тумане случайно таранил потерявший ход “Лейпциг” неподалеку от Гдыни. Целых 14 часов потребовалось фашистам для того, чтобы развести корабли и приступить к буксировке тяжело поврежденного “Лейпцига” в один из датских портов. Там он и капитулировал в мае 1945 года. Год спустя этот корабль был затоплен союзниками в Северном море с грузом отравляющих веществ. Такая же участь постигла “Эмден”, затопленный после бомбардировки в Киле, “Кёльн”, затонувший от бомб а Вильгельмсхафене. “Нюрнберг” сдался в Копенгагене.

Тип "ХИППЕР"

Всего было заложено пять крейсеров такого типа, но вот в строй вступило всего 3. Два крейсера так и не были закончены, но их описание мы все таки составили. Для более подробной информации кликните на изображение интересующего Вас судна.

Тяжелый крейсер "Адмирал Хиппер"	Тяжелый крейсер "Принц Ойген"

Тяжелый крейсер "Блюхер"	Тяжелый крейсер "Зейдлиц"	Тяжелый крейсер "Лютцов"

С 1935 года Германия сбрасывает все ограничения Версальского мира и приступает к постройке тяжелых крейсеров как раз в момент, когда другие страны перестали ими заниматься, сосредоточившись на строительстве легких крейсеров. К этому времени все предыдущие морские соглашения утратили силу, и немцы смогли беспрепятственно достичь более рационального сочетания калибра главной артиллерии, бронирования и водоизмещения.

Немцы тщательно скрывали все, что касалось тяжелых крейсеров. Говоря о водоизмещении, они называли цифру 10 тыс., хотя, как потом выяснилось, оно было более 13 тыс. т, скорость полного хода составляла около 32 узлов, а мощность силовой установки —- свыше 100 тыс. л. с.

Благодаря такой засекреченности англичане долгое время считали, что речь идет об увеличенном варианте “Нюрнберга” с дополнительной трехорудийной башней 150-мм калибра. И для них весьма неприятным сюрпризом стало сообщение о том, что в апреле 1939 года в строй немецкого флота вступил “Адмирал Хиппер” — тяжелый крейсер, вооруженный восемью 203-мм орудиями. За ним последовали “Блюхер” и “Принц Ойген” (“Принц Евгений”), а в 1939 году сошли на воду “Зейдлиц” и “Лютцов”, Однако достройка последних двух кораблей приостановилась в 1939 году: их корпуса стояли у стенки с погруженными, но не смонтированными механизмами.

В это время была достигнута договоренность о продаже Советскому Союзу “Лютцова” за 104 млн. рейхсмарок, причем немцы обязались достроить его в Советском Союзе и в согласованные сроки укомплектовать недостающим оборудованием, вооружением и боеприпасами. Недостроенный крейсер был переведен в Ленинград. Поставки недостающего оборудования в 1940 году вначале шли исправно, по согласованному графику, но с начала 1941 года начались перебои. До нападения Германии на Советский Союз фирма поставила лишь половину артиллерии главного калибра, но при этом — полный боезапас к орудиям. В связи с блокадой Ленинграда достройка крейсера, переименованного в “Петропавловск” (с 1 сентября 1944 г. — “Таллин”), была прекращена и он использовался при обороне города как плавучая батарея.

Не вошел в строй и оставшийся у немцев “Зейдлиц”, Они пытались превратить его в авианосец, но переделка не удалась, и в конечном итоге “Зейдлиц” был затоплен в Кенигсберге при приближении Советской Армии. Три же остальных тяжелых крейсера вкупе с шестью легкими составили все крейсерские сипы фашистской Германии во второй мировой войне. И, прямо скажем, судьба этой девятки оказалась бесславной.

тяжелые крейсера германии

Появление новых тяжёлых крейсеров, строившихся в Германии с середины 1930-х годов, ознаменовало собой отход от концепции «карманного линкора» и возвращение к схеме 203-мм крейсера, но уже на новом уровне. Эти корабли строились для действий в открытом океане, но обстоятельства внесли свои коррективы в немецкие планы. «Блюхер» погиб в первом же бою, «Адмирал Хиппер» полвойны простоял в резерве, а «Принц Ойген» завершил свою карьеру в роли канонерки, обстреливая наступавшие советские войска…

При создании новых тяжёлых крейсеров немцы вернулись к турбинной силовой установке (но с повышенными параметрами пара) и традиционному вооружению из восьми 203-мм орудий. Система бронирования была упрощена – теперь она состояла из наклонного 80-мм пояса по цитадели, а также 20-мм верхней и 30-мм нижней броневых палуб (последняя имела 50-мм скосы к нижней кромке корпуса). Помимо булевых наделок, с каждого борта имелись две 20-мм продольные переборки – между броневыми палубами примерно на трети ширины корабля и под нижней броневой палубой по бокам от машинно-котельных отделений. Кроме того, у кораблей частично бронировались оконечности, что выгодно от

«Адмирал Хиппер»

Этот корабль стал первым из двух крейсеров одноимённого типа. Он был заложен в 1935 году и формально вступил в строй 29 апреля 1939 года. На момент начала Второй мировой войны «Хиппер» всё ещё проходил испытания.

Тяжёлый крейсер «Адмирал Хиппер», схема, 1941 год
Источник – С. Патянин, А. Дашьян, К. Балакин. Все крейсера Второй мировой. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Впервые «Хиппер» открыл огонь по противнику 8 апреля 1940 года в 9:59. Жертвой крейсера стал английский эсминец «Глоуворм», отставший от своего отряда и случайно оказавшийся на пути немецкого «Соединения 2», шедшего на захват Тронхейма. Дистанция огня составляла 45 каб. Опасаясь возможной торпедной атаки, немцы держали противника на острых курсовых углах, поэтому стреляли только носовыми башнями. Тем не менее, третий залп дал накрытие: в цель попал один 203-мм снаряд, разрушивший радиорубку английского эсминца.

В ходе дальнейшего боя «Хиппер» выпустил 31 снаряд главного калибра и 104 снаряда универсального калибра. Из них в «Глоуворм» попал ещё как минимум один 203-мм и несколько 105-мм снарядов, но эсминец упорно продолжал бой. Он выпустил все торпеды (ни одна из них в цель не попала, поскольку «Хиппер» не подставлял борт), добился одного попадания 120-мм снарядом (он пробил борт в носу крейсера, не причинив иного вреда) и в итоге предпринял легендарную попытку тарана. Впрочем, это могло быть просто столкновением, поскольку от единственного спасённого из воды британского офицера стало известно, что в конце боя рулевое управление на эсминце уже не действовало.

Гибель эсминца «Глоуворм». Снимок с мостика «Адмирала Хиппера»
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Вопреки существующим легендам, «Хиппер» не получил серьёзных конструкционных повреждений и не утратил боеспособности, приняв 500 т воды и получив крен в 3° на правый борт. После боя крейсер продолжил участие в операции по захвату Тронхейма, где норвежские береговые батареи оказали слабое сопротивление и ни в один немецкий корабль не попали. Вечером 12 апреля «Хиппер» вернулся в устье реки Яде, где встал на доковый ремонт, занявший три недели. Это не помешало кораблю поучаствовать во втором «морском» этапе Норвежской операции в начале июня. Утром 9 июня огнём 105-мм орудий «Хиппер» потопил британский вооружённый траулер «Джунипер» (530 т), выпустив 97 снарядов с «пистолетной» дистанции в 10 каб. В тот же день его жертвой оказался шедший пустым военный транспорт «Орама» (19 840 брт). В последнем случае применялись 203-мм фугасные снаряды с донным взрывателем. Цель была поражена третьим залпом с дистанции в 70 каб, всего же крейсер произвёл семь залпов, выпустив 54 снаряда главного калибра.

Первым морским боем «на равных» для «Хиппера» стала встреча с конвоем WS.5A рано утром 25 декабря 1940 года к северу от Азорских островов. То, что конвой охранялся сразу тремя крейсерами (одним тяжёлым и двумя лёгкими), немцы заметили только после начала боя. Более того, лёгкие крейсера они поначалу приняли за эсминцы, а шедший с конвоем авианосец «Фьюриес» просто не заметили. В итоге командир «Хиппера» капитан-цур-зее Майзель решил использовать артиллерию, отказавшись от сулившей успех неожиданной торпедной атаки.

Огонь был открыт в 6:39, немцы стреляли фугасными снарядами сразу по нескольким целям и поэтому никуда не попали. Вскоре Майзель обнаружил, что противник значительно превосходит его в силах, и в 6:50 «Хиппер» лёг на курс отхода, продолжая вести огонь двумя башнями по тяжёлому крейсеру «Бервик», а 105-мм орудиями – по лёгким «Бонавенчуру» и «Дьюнедайну». Только в 7:05, когда «Бервик» отвернул, чтобы ввести в действие всю артиллерию главного калибра, он получил первое попадание в четвёртую башню. Снаряд не взорвался, но пробил 25-мм броню и вывел башню из строя.

Тяжёлый крейсер «Бервик», схема, конец 1941 года
Источник – Jacek Jarosz. Brytyjskie crazowniki ciezkie typu «County». Czesc I. Tarnowskie Gory, 1995

Лишь после этого немцы сосредоточили огонь на самом крупном корабле противника, перейдя на бронебойные снаряды. Точность стрельбы сразу же улучшилась: в 07:08 второй снаряд попал английскому крейсеру в ватерлинию у второй башни (через пробоину начала поступать вода). Третий снаряд попал в носовую 102-мм зенитку правого борта, срикошетил от броневой палубы и взорвался в дымоходе. Наконец, четвёртый 203-мм снаряд попал ниже ватерлинии прямо в середину корабля – как раз в то место, где крейсер при модернизации получил короткий 114-мм броневой пояс. Соприкоснувшись с поясом под острым углом, снаряд взорвался на броне и разрушил тринадцать метров буля, вызвав поступление воды внутрь корпуса. После этого «Хиппер» отвернул в сторону, и в 7:14 бой прекратился.

Всего немецкий крейсер выпустил 174 203-мм снаряда, добившись четырёх попаданий (2,3% от общего количества выпущенных). Однако бронебойных снарядов было выпущено лишь 38, из них в цель попали три (7,7%). Кроме того, от огня 105-мм орудий (выпущено 113 снарядов) получили повреждения два вражеских транспорта. Британский историк С. Роскилл пишет о том, что «Бервик» получил лишь «незначительные повреждения», однако другие авторы сообщают о серьёзных повреждениях и затоплениях. На британском крейсере погибло пять человек, ещё несколько были ранены. 31 декабря «Бервик» пришёл в Гибралтар, где был проведён предварительный ремонт, 5 января направился в Портсмут для окончательного ремонта, а в мае перешёл в Росайт. Ремонт, совмещённый с модернизацией и испытаниями нового оборудования, затянулся до октября.

Сами англичане в том бою не попали в противника ни разу, хотя «Бервик» вёл огонь только по одной цели и временами вводил в действие все башни. В целом можно сказать, что в условиях «регулярного» боя, когда есть возможность правильно распределить цели, а маневрирование не мешает стрельбе, немецкая система управления огнём показывала гигантское преимущество над СУАО противника. Немецкие радары тоже работали лучше – и «Бервик», и «Бонавенчур» имели современные РЛС, однако о противнике узнали только когда он начал стрелять.

Из-за нерешительности и судорожной смены планов немецкий командир упустил серьёзные шансы на успех, который сулила неожиданная торпедная атака. Возможно, ему не следовало так быстро выходить из успешного боя. С другой стороны, максимум, чего он мог добиться – это потопить или сильно повредить «Бервик», а Майзель рассчитывал на продолжение крейсерства. Действительно, три часа спустя «Хиппер» встретил и потопил одиночный транспорт «Джамна» – это стало единственной его добычей за весь 28-дневный поход. Рейдер «отыгрался» в следующем, февральском походе, когда за две недели действий в Центральной Атлантике потопил как минимум восемь транспортов общей вместимостью 34 000 брт.

«Адмирал Хиппер» вскоре после вступления в строй
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Далее в течение почти двух лет кораблю не удавалось встретиться с противником – вплоть до печально известного «Новогоднего боя» отряда адмирала Кумметца (в отряд входили крейсера «Хиппер» и «Лютцов», а также шесть эсминцев) c конвоем JW-51B 31 декабря 1942 года. После обнаружения конвоя и сумбурного маневрирования в 9:23 «Хиппер», наконец, открыл огонь по британским эсминцам, за 10 минут выпустил 5 залпов с дистанции около 150 каб, но ни в кого не попал. Отчасти это объясняется очень плохими погодными условиями: шёл мокрый снег, объективы дальномеров и визиров постоянно покрывались коркой льда, стрельбу часто приходилось прекращать, чтобы их протереть. Радар вышел из строя от сотрясений после первого же залпа.

До 10 часов единственным успехом «Хиппера» стало одно попадание в английский эсминец «Экейтес» с дистанции около 80 каб, не причинившее противнику особого вреда. Лишь когда после 10 часов два других эсминца («Онслоу» и «Оруэлл») приблизились на дистанцию 50 каб и попытались выйти в торпедную атаку, немецкий крейсер достиг некоторого успеха. Между 10:16 и 10:20 он сделал шесть полных залпов – 48 снарядов, четыре из которых попали во флагманский «Онслоу». На 1600-тонном эсминце были уничтожены оба носовых 120-мм орудия и пробит борт в районе машинного отделения. «Онслоу» вышел из боя, но, тем не менее, остался на плаву.

 

«Новогодний бой» 31 декабря 1942 года. Первая фаза (с 8:30 до 10:30)
Источник – С. Роскилл. Флот и война. Том 2. М.: Воениздат, 1970

Следующей жертвой «Хиппера» в этом бою стал океанский тральщик (тральный шлюп) «Брэмбл» – его приняли за эсминец, поэтому старались держать на носовых курсовых углах и возились с ним более получаса (с 10:36 до начала двенадцатого). Несмотря на дистанцию всего в 30 каб, «Хиппер» выпустил по 875-тонному кораблю 89 снарядов главного и 93 снаряда универсального калибра, прежде чем тот пошёл ко дну. Между 11:20 и 11:30 немецкий крейсер несколькими залпами наконец-то поразил «Экейтес», приблизившийся на 60 каб – теперь эсминцу хватило двух-трёх 203-мм снарядов, один из которых разрушил мостик, а другой разорвался в машинном отделении. Корабль продержался на воде почти два часа и затонул в 13:15. Наконец, в 11:30 было достигнуто одно попадание в эсминец «Обидиент».

 

«Новогодний бой» 31 декабря 1942 года. Вторая фаза (с 10:30 до 12:00)
Источник – С. Роскилл. Флот и война. Том 2. М.: Воениздат, 1970

Однако британские эсминцы, охранявшие конвой, добились главного: пользуясь плохой видимостью и постоянно имитируя торпедные атаки, они превратили бой в беспорядочную свалку, отвлекли внимание немцев от конвоя и дождались подхода ближнего прикрытия – лёгких крейсеров «Шеффилд» и «Ямайка». «Лютцов» и «Хиппер» имели значительное преимущество в калибре и дальнобойности орудий, но по весу минутного залпа даже уступали противнику, а на коротких дистанциях боя преимущество крупного калибра снижалось. К тому же, немецкие корабли разделились, не видели друг друга, и «Лютцов» фактически не принимал участия в бою – то есть, «Хиппер» в одиночку оказался против двух крейсеров, пусть и лёгких, но современных и хорошо защищённых.

Англичане открыли огонь в 11:32 с дистанции в 70 каб и первыми добились попадания в «Хиппер», причём исключительно удачного – на повороте, когда крейсер накренился. В результате 152-мм снаряд попал ему в правый борт ниже броневого пояса, в районе носовой рубки и котельного отделения №3 (124-й шпангоут). Правда, курсовой угол был острым (немецкий крейсер разворачивался, чтобы держать противника строго по корме), поэтому сам снаряд взорвался в бортовом отсеке с нефтью. Внутренняя 20-мм продольная переборка под нижней бронепалубой пробита не была, но вдавилась внутрь и дала трещину, через которую в 3-е котельное отделение (VIII отсек) постепенно начала проникать вода. Всего корабль принял 1000 т воды, а после боя из строя поочерёдно вышли восемь котлов (во 2-м и 3-м котельных отделениях), в результате чего скорость упала до 15 узлов.

Из-за плохой погоды англичане также стреляли с довольно большими перерывами, но в 11:35 добились ещё двух попаданий. Один из снарядов пробил левый борт выше пояса, не взорвался, но вызвал пожар в районе VII отсека. Другой попал в ангар, уничтожил оба самолёта и также вызвал пожар на верхней палубе, одновременно перебив противопожарную магистраль. Эти повреждения не были серьёзными, но командующий немецкой эскадрой адмирал Кумметц имел чёткую инструкцию избегать ненужного риска, поэтому в 11:37 принял решение прекратить бой и отходить. Это не спасло его эсминцы, на которые перенесли огонь английские крейсера – в итоге «Дитрих Экольдт» был потоплен. Результаты этого боя (и в первую очередь, их интерпретация английской пропагандой) вызвали настоящую истерику у Гитлера, потребовавшего у флотского командования отказаться от использования крупных надводных кораблей. Таков был эффект одного удачного попадания 152-мм снаряда. Лишь благодаря усилиям гросс-адмирала Карла Дёница, занявшего пост главнокомандующего кригсмарине после отставки Эриха Редера, «Хиппер» отправился не на слом, а в резерв и находился в Готенхафене в течение двух лет.

«Адмирал Хиппер» в Киле после налёта союзной авиации, май 1945 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

1 января 1945 года крейсер был выведен из резерва, а 29 января направился в Киль, где 2 февраля был поставлен в сухой док. В отличие от других немецких тяжёлых крейсеров, уцелевших к 1945 году, «Адмирал Хиппер» так и не был до конца отремонтирован – котельное отделение №3 в строй не ввели. Поэтому для обстрела берега он не привлекался, передав боезапас на другие крейсера. 3 мая 1945 года крейсер, стоявший в доке, был разбомблен во время массированного налёта британской авиации.

«Блюхер»

Подобно своему «тезке» начала века, этот крейсер оказался крайне неудачливым и погиб в первом же боевом столкновении – при форсировании Осло-фьорда утром 9 апреля 1940 года. Сначала «Блюхер» получил два 280-мм снаряда с норвежской береговой батареи «Оскарборг» с дистанции в 10–15 каб и на достаточно острых носовых углах, затем – большое количество 150-мм снарядов с батареи «Копос», выпущенных почти в упор, с дистанции порядка 5 каб. Количество попаданий точно установить невозможно: всего норвежская 150-мм батарея сделала 25 выстрелов, и считается, что большинство её снарядов (до 20) попали в цель.

Тяжёлый крейсер «Блюхер». Копия подлинного чертежа
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

280-мм орудие образца 1891 года имело довольно низкие баллистические характеристики и относительно небольшую массу снаряда – всего 240 кг (для сравнения, 283-мм орудия «карманных линкоров» стреляли 300-кг снарядами).

Тяжёлый крейсер «Блюхер», схема, 1940 год
Источник – А. В. Платонов, Ю. В. Апальков. Боевые корабли Германии, 1939–1945. СПб, 1995

В 5:00 первый 280-мм снаряд попал в верхнюю часть башенноподобной надстройки «Блюхера» в районе директора зенитной артиллерии. Сам директор остался цел, но осколками было ранено несколько моряков на мостике. Второй снаряд попал в ангар левого борта и нанёс более существенные повреждения: были уничтожены оба самолёта и спаренная 105-мм зенитная установка, загорелись канистры с бензином и ящики с боеприпасами для десанта. На живучесть и боеспособность крейсера эти попадания повлияли незначительно.

 

Бой в Осло-фьорде, 9 апреля 1940 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Эффект от попаданий 150-мм снарядов оказался куда более существенным. Были выведены из строя кормовой зенитный директор, ещё одна 105-мм спарка, а главное – вышла из строя рулевая машина. Её 70-мм бронирование не спасло от 150-мм снаряда, выпущенного практически в упор, и руль заклинило переложенным налево. На палубе в центральной части корабля вспыхнули и начали рваться боеприпасы, приготовленные для десанта, при этом была выведена из строя часть средств пожаротушения.

280-мм береговая батарея «Оскарборг» на острове Южный Кахольм
Источник – История Второй мировой войны 1939–1945. Том 3. М.: Воениздат, 1974

Тем не менее, на крейсере смогли быстро перейти на управление машинами, и корабль продолжал движение вперёд. Через несколько минут (в 5:20 по Берлину) в него попали две 450-мм торпеды, выпущенные с расстояния всего в 1–1,5 каб с береговой установки острова Северный Кахольм. Обе торпеды попали в центральную часть корабля: одна – в районе 1-го котельного, другая – в районе 3-го турбинного отделения. Благодаря наличию противоторпедной защиты площадь затопления была сравнительно небольшой, но всё же обе турбины носового отделения пришлось остановить. Вышла из строя электросеть, крен постепенно достиг 18°.

Корабль встал на якорь и начал борьбу за живучесть, но тут (в 6:00, через 40 минут после торпедных попаданий) взорвался погреб 105-мм снарядов в VII отсеке. После этого машинные отделения оказались окончательно затоплены, остановить распространение воды не удалось. Корабль начал валиться на левый борт и через полтора часа (в 7:30) перевернулся.

Гибель крейсера «Блюхер» в Осло-фьорде 9 апреля 1940 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Остаётся неясным, по какой причине произошёл взрыв в погребе – огонь противника к этому моменту уже прекратился. Очевидно одно – причиной взрыва стало не торпедное попадание, а результаты артиллерийского огня, причём, скорее всего, не из-за пробития брони погребов, а из-за пожаров на палубах и детонации боеприпасов, взятых для десанта, а также снарядов в кранцах первых выстрелов. Кроме того, эти пожары сильно затруднили борьбу за живучесть. В классическом морском бою, когда на верхних палубах корабля нет такого количества чрезвычайно опасных грузов, крейсер, скорее всего, уцелел бы.

«Принц Ойген»

Этот корабль принадлежал ко второй серии, а потому иногда выделяется в отдельный тип. Всего на воду были спущены три таких крейсера, но в итоге достроили только один. Первое поражение он получил за месяц до ввода в строй: 2 июля 1940 года в Киле во время налёта британских бомбардировщиков в него попала 227-мм фугасная бомба, сброшенная с большой высоты. Бомба пробила небронированную палубу полубака, 30-мм верхнюю палубу в районе носового машинного отделения и разорвалась сразу под ней, так что основные разрушения пришлись на верхнюю палубу. Под ней пострадали только жилые помещения.

Тяжёлый крейсер «Принц Ойген» в 1940 году, рисунок
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Первый бой крейсера состоялся утром 24 мая 1941 года в Датском проливе. С «Ойгена» (шедшего первым из-за неисправности РЛС на «Бисмарке») сначала заметили британские тяжёлые крейсера («Норфолк» и «Саффолк») и подготовили к бою фугасные снаряды, но затем (в 5:55) крейсер вместе с «Бисмарком» с дистанции в 100 каб открыл огонь по появившемуся линкору «Худ». Уже второй восьмиорудийный залп «Ойгена» дал накрытие, а третий – одно попадание в шлюпочную палубу «Худа» у основания грот-мачты, вызвавшее пожар деревянных конструкций. Этот факт стал основанием для легенды о том, что «Худ» был потоплен именно «Ойгеном», а не «Бисмарком». На самом деле оснований для такой версии нет – хотя бы потому, что огонь вёлся фугасными снарядами (отсюда и пожар).

 

Бой «Бисмарка» и «Принца Ойгена» с линкорами «Худ» и «Принц Уэльский» 24 мая 1941 года
Источник – С. Роскилл. Флот и война. Том 1. М.: Воениздат, 1967

С 5:59 «Ойген» вёл огонь по «Принцу Уэльскому» на дистанции 90–80 каб, выпустив 133 снаряда, из которых в линкор попало три или четыре. Всего за 24 минуты артиллерийского боя корабль выпустил в общей сложности 157 снарядов, добившись 2,5–3% попаданий (у «Бисмарка» – 5–7%). При этом стрельба велась практически в полигонных условиях, потому что британские крейсера не стреляли (до этого они получили приказ не вступать в бой, а лишь вести разведку), а оба линкора сосредоточили свой огонь на «Бисмарке».

2 июля, стоя в сухом доке в Бресте, «Ойген» вновь получил попадание 227-мм авиабомбы – на этот раз полубронебойной. Бомба, сброшенная с большой высоты, попала в полубак слева от второй башни, пробила обе бронепалубы (80 мм брони) и взорвалась глубоко внутри корпуса в помещении электрогенераторов, заодно уничтожив расположенный над ним носовой артиллерийский вычислитель и повредив центральный пост. Была также повреждена обшивка днища. Погиб 61 человек, однако погреба боезапаса, рядом с которыми произошёл взрыв, не сдетонировали. Если бы корабль находился на плаву, неизбежны были бы обширные затопления в самом «неприятном» месте. С другой стороны, в доке крейсер представлял собой удобную неподвижную цель для высотных бомбардировщиков, а при движении вероятность попасть в него с большой высоты (когда бомба набирает высокую скорость, необходимую для пробития брони) была бы минимальной. В итоге ремонт «Ойгена» занял ещё полгода.

12 февраля 1942 года «Ойген» участвовал в операции «Церберус» – прорыве немецких тяжёлых кораблей из Бреста в Германию через Ла-Манш. Беспорядочно атакуя немецкое соединение, англичане не попали ни в один корабль – ни торпедами с эсминцев и самолётов, ни снарядами береговых батарей. В свою очередь, «Ойген» одним 203-мм снарядом поразил эсминец «Уорчестер», который тут же вышел из боя.

23 февраля в 7:02 на подходе к Тронхейму «Ойген» был поражён одной торпедой из трёх выпущенных с британской подводной лодки «Трайдент». Торпеда попала в корму в 11 метрах от среза и надломила её, свернув вниз под углом в 45°. Погибло 11 человек и было ранено 25 – в основном, располагавшиеся в кормовых отсеках солдаты-отпускники, возвращавшиеся в Норвегию. Руль заклинило, но винты и валы не пострадали – лишь канал центрального вала на некоторое время оказался затоплен. От сильного удара остановились турбины, но через некоторое время их удалось запустить. Крейсер 10-узловым ходом дошёл до Тронхейма, откуда после временного ремонта (скорость была ограничена 29 узлами) в мае отправился в Германию (на переходе он подвергался упорным атакам английских самолётов).

 

Повреждения «Ойгена» при попадании торпеды с подводной лодки «Трайдент» 23 февраля 1942 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

До конца 1942 года корабль ремонтировался в Киле. Затем «Ойгена» хотели отправить в Норвегию, но в итоге он так и остался на Балтике, где участвовал лишь в действиях против берега. В конце июня 1944 года он был направлен в Выборгский залив для артиллерийской поддержки финских войск в боях за архипелаг Койвисто, но из-за сложной обстановки на берегу и отсутствия взаимодействия с корректировщиками немцы так и не решились ввести в действие главный калибр. 20 июля крейсер находился в Рижском заливе и вёл огонь по советским войскам, прорвавшимся к побережью в районе Тукумса. 11–12 октября он обстреливал побережье у Мемеля, выпустив 633 снаряда главного калибра. 14 октября было выпущено ещё 246 снарядов.

«Принц Ойген», протаранивший лёгкий крейсер «Лейпциг», 15 октября 1944 года
Источник – В. Кофман, М. Князев. Бронированные пираты Гитлера. М.: Яуза, Эксмо, 2012

Однако самим немцам эта акция нанесла большой ущерб: возвращаясь в Готенхафен, «Ойген» в тумане протаранил только что вышедший из ремонта лёгкий крейсер «Лейпциг», смяв себе нижнюю часть форштевня. На «Лейпциге» погибло 27 человек, и он вышел из строя до конца войны. Сам «Ойген» ремонтировался до середины ноября. 20–21 ноября он участвовал в обстреле советских войск, штурмовавших полуостров Сырве, выпустив 514 снарядов главного и около 200 снарядов вспомогательного калибра, а 29–30 января 1945 года вновь вёл обстрел берега, на этот раз в районе Данцига (было выпущено 850 снарядов).

Последний раз «Принцу Ойгену» довелось стрелять в конце марта и начале апреля 1945 года – со своей стоянки в Готенхафене вновь по району Данцига. 1 апреля крейсер получил несколько попаданий реактивными снарядами с советских штурмовиков (погибло 9 человек). 20 апреля «Ойген», полностью израсходовав боезапас главного калибра, прибыл в Копенгаген, где и капитулировал 9 мая.личало их от тяжёлых крейсеров других стран.